Нефть да газ есть — умов не надо?

Более чем в 2 раза за последние годы выросла численность эмигрантов из России с высшим образованием. Так, в 2013 г. выехало около 20 тыс. специалистов, а в 2016-м – уже более 44 тыс.

По подсчётам экспертов Российской академии наук (РАН), в среднем в год по тем или иным причинам количество учёных, которые занимаются исследованиями, сокращается на 1,3%. А с 1990 г. их численность уменьшилась в 2,7 раза. Начиная с 2013 г. российская фундаментальная наука потеряла более 2,5 тыс. учёных. Среди оставшихся 67 тыс. доля докторов наук снизилась с 13,8 до 13%, а кандидатов – с 31,7 до 30%. Среди главных причин «утечки мозгов» эксперты РАН выделяют две основные.

Первая – неприемлемо низкое финансирование российской науки. Уровень вложений в нашего учёного (зарплата, покупка инструментария и реактивов, обновление приборной базы и т. п.) в 4 раза ниже, чем в США и Европейском союзе, и в 3 раза ниже, чем в Китае, Тайване или Южной Корее. И хотя на бумаге та же зарплата научных сотрудников растёт, приближаясь к параметрам, заданным майскими указами Владимира Путина от 2012 г., в реальности научные институты вынуждены переводить своих учёных на половину или даже четверть ставки.

Вторая, не менее важная причина – колоссальная забюрократизированность не только при заказе необходимого для работы научного инструментария или расходных материалов, но и в отчётности. Во всём мире приоритет отдаётся полученному в ходе исследований конкретному результату. У нас же – написанию кучи статей и предстатей, которые надо опубликовать непременно в западных журналах. При этом совершенно не учитывается, что идею, мягко говоря, могут позаимствовать.

Иван ПОПОВ.