За каким зайцем гнаться?

Власти выбрали неудачное время для обсуждаемой пенсионной реформы. Она входит в противоречие с другими задачами страны — модернизацией и строительством цифровой экономики.

По оценкам Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), технологический рывок, о котором говорил президент РФ Владимир Путин, может привести к высвобождению на рынке труда за период до 2035 года 9–11 млн. человек. Из них от 2 млн до 4 млн. человек «спишет со счетов» плохая демография. Оставшимся придётся искать работу в новых условиях. Если к этому ежегодно добавлять почти по 1 миллиону несостоявшихся пенсионеров, не исключена социальная катастрофа.

Правительственные экономисты – инициаторы пенсионной реформы учитывают в своих прогнозах влияние негативных демографических тенденций. Но учитывают ли они ещё и влияние технологических преобразований – вопрос.

Пока создаётся впечатление, что авторы пенсионной реформы не ждут от российской экономики особых инноваций, не верят в обещанную цифровизацию и давно поставили крест на модернизации. По их мнению, в отечественной экономике будет высока доля примитивного ручного труда и те задачи, которые в развитых странах может выполнить на специальном оборудовании один работник-оператор, в России будут выполнять бригады из 10 человек. В Минтруде считают, что повышение производительности труда – это рост компетентности работников, а не сокращение рабочих мест. И утверждение, что повышение пенсионного возраста ставит крест на планах модернизации, цифровизации и роста производительности труда, в корне неверно.

3,3 млн. человек – это потенциал высвобождения работников с учётом доведения производительности труда в России до текущего уровня развитых стран. А с учётом тех ориентиров по цифровизации, которые ставят себе сегодня развитые страны на ближайшие десятилетия, потенциал высвобождения суммарно составит уже от 9 млн. до 11 млн. человек за период до 2035 года. Оценки дефицита из-за ухудшения демографических показателей составляют от 2 млн. до 4 млн. работников. Но останутся ещё от 3,5 млн до 7,5 млн. человек, которым придётся искать работу в новых условиях. По оценкам аналитиков, если реформе дадут старт, то в течение ближайших 4–5 лет на рынок труда будут выходить ежегодно почти 1 млн новых работников. Где и чем их занять?

По мнению учёных, у инициаторов реформы не видно понимания будущих изменений, связанных с дальнейшей модернизацией и цифровизацией, что требует переоценки не только требуемых кадровых ресурсов, но и планов на их развитие. Инициаторы хотели снять пенсионную нагрузку с экономики, но социальные риски не просчитаны.

Эти две задачи – модернизации и повышения пенсионного возраста – надо хотя бы рассинхронизировать: последовательно решать за счёт энергичного маневра ресурсами. Но если эта рассинхронизация не получится, риски двух реформ (и так немаленькие), реализуясь и накладываясь друг на друга, могут нас просто завалить. Причём попытка отказа от форсированной  модернизации экономики и роста производительности способна привести к быстрой утрате её конкурентоспособности и тяжелейшим последствиям и для экономики, и для общества. Похоже, властям придётся делать выбор, что им нужно в первую очередь: пенсионная реформа или технологический рывок?

Поэтому эксперты ЦМАКП советуют не спешить и отложить старт пенсионной реформы до 2025 года.

Анастасия БАШКАТОВА.