В последние дни в политических и экономических кругах резко активизировалась дискуссия о будущем налоговой системы. Произошло это совсем не случайно: сначала президент Медведев подтвердил готовность государства выделять большие деньги (20 трлн. руб. до 2010 года) на нужды Вооружённых Сил, а затем премьер Путин пообещал не поднимать пенсионный возраст в обозримом будущем.
При том, что дефицит бюджета Пенсионного фонда России составляет примерно 1 трлн руб. и в перспективе — только растёт, но не сокращается. Откуда брать все эти триллионы с явным предвыборным душком — ответа на этот вопрос первые лица не дают.
Тут ещё Дмитрий Медведев подкинул идею бюджетной децентрализации — что сразу поставило вопрос о том, откуда регионы будут брать деньги, если их лишат трансфертов из центра. Отвечая на этот вопрос, министр экономического развития Эльвира Набиуллина предложила вернуться к «хорошо забытому старому» — налогу с продаж (НСП), который легче «привязать» к бюджету регионов.
Тут уж встрепенулся бизнес, которому сразу привиделась жизнь под двойным фискальным гнётом — и действующего НДС, и нового НСП. Пришлось ответственным лицам давать задний ход и публично клясться, что никакого повышения налоговой нагрузки не предвидится.
И. о. министра финансов Антон Силуанов высказался в том духе, что его ведомство не планирует повышать налоговую нагрузку в ближайшие 5 лет. Правда, какова именно эта нагрузка в России — мнения в верхах разошлись. Сам Силуанов считает, что она составляет 32% от ВВП. Что, по его мнению, соответствует уровню налогообложения вполне уважаемых стран — Германии, Англии, Бразилии, Швеции, Италии, Франции.
Однако помощник президента Аркадий Дворкович привёл собственную оценку, которая значительно выше — 40%. Любопытно, что Эльвира Набиуллина в этом споре встала на сторону последнего, заявив, что уровень налоговых ставок у нас и так приближается к критической отметке — повышать дальше некуда.
А как же пресловутый НСП, потенциальное возрождение которого и вызвало все эти дискуссии? Министр заверила, что его она предлагает вводить не вместе,
а вместо НДС.
В связи с этим дискуссия сразу свернула в сторону того, какой налог лучше — НДС или НСП? Последний, как все признают, проще администрируется — его платит только тот, кто реализует товары и услуги конечному потребителю, никаких сложных цепочек, а значит — потенциально есть возможность вывести какие-то бизнесы из тени, как справедливо отмечает Дворкович. В то же время НДС — налог вполне коррупционный: как известно, существует целый бизнес по возврату уже уплаченного НДС за «откаты».
Однако НСП когда-то не выдержал проверки временем и, просуществовав с 1991 по 1998 год, приказал долго жить. Теперь с его помощью власти попытаются перераспределить 1 трлн доходов казны в пользу регионов (на сегодня в федеральный бюджет поступает около 8,5 трлн. руб., в региональные — почти на 2 трлн. меньше). С другой стороны, как новый старый налог сработает на практике — неизвестно. Ведь главный вопрос — каким окажется его ставка — пока остаётся без ответа.
Конечно, вся эта налоговая дискуссия весьма занимательна, хотя бы потому, что она касается всех — ведь все мы налогоплательщики, либо как физические лица, либо как наёмные работники, либо как предприниматели. В связи с этим вспоминается середина 2009-го — кризисного года, когда с лёгкой руки остроумных журналистов наших чиновников поделили на две партии: партию дна и партию покрышки. Члены первой говорили о том, что экономика уже достигла дна и теперь будет только подниматься, члены второй — соответственно, что дно ещё впереди.
Сейчас предвыборная риторика, похоже, также разделила ответственных лиц на две партии — только другие: партию расходов и партию доходов. Быть в первой легко и необременительно — знай себе давай обещания раздать деньги направо и налево и решить гражданам все их проблемы. Быть во второй и ставить неприятный вопрос, откуда эти деньги брать, сложно и даже чревато потерей кресла — вспомним судьбу экс-министра финансов Кудрина.
Пока что, как и положено в предвыборную пору, побеждает первая партия, не скупящаяся на обещания: деньги военным дадут, пенсионный возраст не повысят, но пенсии продолжат расти, налоговое бремя также не возрастёт.
Все ответы на вопрос: откуда же возьмутся деньги — явно отложены на поствыборный период. Тогда, вероятно, на авансцену выйдут персоны из партии доходов. Ведь чудес не бывает, и концы с концами сводить в бюджете надо за счёт чего-то. Впрочем, это может случиться и раньше — если вдруг упадут цены на нефть, чья дороговизна позволяет пока первым лицам вести свою предвыборную кампанию во вполне популистском ключе.

Дмитрий ДОКУЧАЕВ.