Конфискация в пользу бедных

Минфин России предложил перечислять в Пенсионный фонд России средства, законность получения которых невозможно доказать.

Эксперты предупреждают, что пробелы в отечественной юридической базе могут привести к тому, что конфискация может затронуть не только мошенников, но и многих добропорядочных граждан. Внешне мера выглядит здраво: и с коррупционерами поборемся, и перед пенсионерами не опростоволосимся. Но нет ли тут некой доли популизма и скрытой опасности?

Речь идёт о поправках в ст. 46 и 47 Бюджетного кодекса в части уточнения перечня доходов бюджета ПФР. Как поясняют в Минфине, это требуется для синхронизации с нормами Гражданского кодекса. Конфисковать в пользу государства будут не только имущество, но и деньги, «полученные в результате совершения коррупционных правонарушений». Ожидается, что новые нормы вступят в силу уже в декабре 2020 года. Как заявил генпрокурор Игорь Краснов, в этом году Пенсионный фонд впервые получил средства в размере 21,4 млрд. рублей от продажи конфискованного у коррупционеров имущества, которое не было подтверждено доходами.

Но складывается ощущение, что государство ставит на одну доску две принципиально разные проблемы: коррупционных схем и истощения ПФР, решая вторую за счёт первой. Кроме того, пока остаётся без ответов целый ряд вопросов. Например, каковы критерии «подозрительности» изымаемых денег? Какая минимальная сумма гарантированно вызовет сомнения контролирующих органов? Кто будет осуществлять проверку законности денежных средств? С этим финансовые власти не определились.

Пугает ещё одно обстоятельство: в конце 2019 года Конституционный суд уточнил, что имущество может быть изъято у любых лиц, а не только у чиновников и родственников, на которых распространяется действие закона о контроле за расходами госслужащих. Соответственно, деньги теперь могут отбирать у первого попавшегося, причём по загадочным критериям.

Как напоминает член Совета Конфедерации труда России Павел Кудюкин, Россия до сих пор не ратифицировала соответствующую статью ООН, которая преследует за незаконное обогащение. Ему не очень понятно, каким образом, на каком основании и конкретно у кого будут изыматься деньги. Тем более что в мировой практике эта норма применяется исключительно к чиновникам, главам госкомпаний и лицам, занимающим публичные посты.

На взгляд Кудюкина, законопроект в своём нынешнем виде социально ущербен — у госслужащих, скорее всего, получится отбиться от конфискации (если не последует особой команды сверху), а вот у рядовых граждан — едва ли. Около 35-40 млн. россиян не от хорошей жизни заняты в теневой экономике и, работая без договоров и юридического оформления, получают мизерную зарплату «в конвертах». Эти люди окажутся под ударом. Выходит, за счёт ограбления одних бедняков государство будет обеспечивать пенсиями других нищих. Более того, привлечённых таким образом средств вряд ли хватит, чтобы ликвидировать дефицит Пенсионного фонда.

Законопроект грозит обернуться оружием массового поражения, считает эксперт Национального антикоррупционного комитета, адвокат Виктор Цымбал. По его словам, на практике по конкретным делам, уже рассмотренным судами, имущество запросто изымается у лиц, вообще никак не связанных с нарушителем закона. Это может быть, например, добросовестный покупатель автомобиля и квартиры, которыми некогда владел коррупционер. В 99% случаев такой человек не знает, на чьи доходы приобретено имущество. При этом решения о конфискации выносятся задолго до приговора суда.

 

Татьяна АНТОНОВА.